Ухаживая за отцом, который медленно угасал от рака, Меган и её мать проводили вместе долгие часы. Их дни были наполнены тихими разговорами, сменой лекарств и тяжёлым молчанием, которое иногда прерывалось внезапными вспышками раздражения. Мать и дочь часто спорили — о методах ухода, о решениях врачей, о мелочах, которые внезапно становились важными. Каждое недопонимание оставляло после себя лёгкий осадок усталости, накапливаясь, как пыль на подоконнике.
Когда отец наконец ушёл, в дом вошла странная, звенящая тишина. Меган думала, что теперь всё изменится — может быть, даже отношения с матерью станут проще. Но вместо этого она заметила нечто тревожное. Мать стала вести себя скрытно, часто разговаривала по телефону за закрытыми дверями, а в доме появились странные предметы — пучки сухих трав, старинные книги с потрёпанными корешками, свечи необычной формы.
Однажды вечером, случайно подслушав разговор, Меган поняла, что происходит нечто невообразимое. Её мать не просто скорбела — она искала способ вернуть отца. Специалист, которого она нашла, занимался тем, что в старых записях называлось "возвращением ушедших". Ритуал был уже запланирован, подготовка шла полным ходом. И в этот момент все прошлые споры, все разногласия с матерью показались Меган незначительными. Теперь у неё появилась причина для сомнений, которая была куда серьёзнее — не просто разность взглядов, а сама граница между жизнью и тем, что должно оставаться за её пределами.
