Густав Борг снова появился в их жизни, когда его уже почти перестали ждать. Знаменитый когда-то режиссёр, он столько лет не давал о себе знать. Теперь он стоял на пороге старого семейного дома, где выросли его дочери — Нора и Агнес. В руках у него был не букет цветов и не извинения. Он держал папку с толстой стопкой листов.
— Это для тебя, — сказал он Норе, протягивая сценарий. — Главная роль. Ты же всё ещё играешь в театре?
Нора взяла папку, но даже не открыла. Она молча положила её на стол рядом с чашкой остывшего чая. Её отказ был тихим и твёрдым. Она не стала объяснять причины — слишком многое осталось невысказанным за эти годы.
Густав не стал настаивать. Через неделю в газетах уже писали, что на главную роль утверждена голливудская звезда. Съёмки должны были начаться здесь же, в этом самом доме с высокими потолками и скрипучими половицами. В стенах, которые помнили смех их детства, шепот ссор, тишину долгих вечеров.
Агнес, младшая, смотрела на всё это со смешанным чувством. Она видела, как отец ходит по комнатам, прикидывая ракурсы, как он касается старых предметов — будто заново узнаёт их. Возможно, эти съёмки — не просто работа. Возможно, это последний шанс. Шанс услышать то, что не было сказано. Шанс увидеть друг друга не через призму прошлых обид, а здесь и сейчас, под ярким светом софитов и в тишине между дублями.
Дом молчаливо ждал. В его комнатах уже давно поселились не только люди, но и чувства, оставленные разными поколениями. Теперь им предстояло стать декорацией. Или, может быть, главными героями.
